IBERIANA-2 – იბერია გუშინ, დღეს, ხვალ

• Папаскири- «Кавказ и Сельджуки»

• Caucasus –  კავკასია

Зураб Папаскири,

доктор исторических наук,

профессор Сухумского государственного

университета (Тбилиси/Грузия).

 

 

 ОБ ОДНОЙ ПОПЫТКЕ ИГНОРИРОВАНИЯ РОЛИ И МЕСТА ГРУЗИНСКОГО ГОСУДАРСТВА НА МЕЖДУНАРОДНОЙ АРЕНЕ В XII ВЕКЕ

 

Некоторые замечания на книгу Рауфа А. Гусейн-Заде:

«Кавказ и Сельджуки»

 

Монография известного азербайджанского историка, ведущего научного сотрудника Института Археологии и Этнографии Национальной Академии Наук АР, доктора исторических наук, профессора Рауфа А. Гусейн-заде: «Кавказ и сельджуки» (Баку, «Кавказ», 2010) является фундаментальным и несколько обобщающим исследованием, в котором подытожены многолетние наблюдения учёного в области исторического сельджуковедения. В монографии предпринята попытка освещения взаимоотношений сельджукского мира со странами Кавказа в XI-XII веках. Как отмечено в предисловии научного редактора, данная монография является первой из серии книг посвящённых истории стран и народов Кавказа в составе различных империй, подготовку и издание которых планирует Институт Стратегических Исследований Кавказа. Согласно этого плана за книгой Р. А. Гусейн-заде должны последовать и другие издания: «Кавказ и Византия», «Кавказ и Арабский халифат», «Кавказ и Монгольская империя», «Кавказ и Османская империя», «Кавказ и Россия», в которых по утверждению руководителя этого весьма масштабного и многопланового проекта, известного учёного, предпринимателя и мецената, иностранного члена НАН Грузии, проф. Эльдара М. Исмаилова, будет раскрыта история «взаимоотношений народов Кавказа в составе великих держав, сыгравших существенную роль в формировании региона как единого социально-экономического пространства планеты».[1]

Актуальность и научная значимость поставленной нашими азербайджанскими коллегами задачи не вызывает никакого сомнения и данную инициативу, безусловно, следует всемерно поддержать. Вместе с тем, масштабы запланированных исследований, широта затрагиваемых в них тем, вряд ли позволить осилить эту проблематику на должном уровне отдельно взятым учёным и требует привлечения определённого круга историков-кавказоведов, специализировавшихся в данном направлении. К этому выводу мы пришли после ознакомления монографии профессора Р. А. Гусейн-заде.

То, что профессор Р. А. Гусейн-заде является одним из крупнейших селдьжуковедом современности, вряд ли кто-нибудь может оспорить. Непререкаем его научный авторитет и в области изучения средневековой истории Азербайджана. Без всякого преувеличения можно сказать, что данная монография учёного ещё одно подтверждение его высокой научной квалификации как историка-медиевиста широкого профиля, большого знатока разноязычных первоисточников и богатого историографического наследия по Кавказу и Ближнему Востоку в целом. Тем досадны те отдельные неточности, допущенные автором при освещении вопросов истории Грузии исследуемого периода. Особенно вызывают возражения некоторые выводы относительно роли и месте единого грузинского государства в политических событиях региона в XI-XII веках.

Начнём с того, что в рассматриваемой монографии дана не совсем полная картина общеполитического положения Кавказа накануне сельджукских нашествий. Так, на стр. 57, говорится о том, что «в первой половине в XI века на Кавказе существовал ряд государств и значительных феодальных владений. В Азербайджане – Ширванское государство во главе с династией ширваншахов, со столицей в Шемахе. … На северо-западе страны находилось Шекинское владение с собственной династией. Конфедеративный Шададидский эмират включал три владения: Арано-Нахичеванское с центром в Гяндже; Двинское и Анийское с центрами, соответственно, в Двине и Ани (курсив наш – З.П.)». Во первых, здесь следовало обязательно упомянуть, что в первой половине в XI века, вплоть до 1045 года, на политической карте Южного Кавказа официально фигурировало ведущее армянское государство – Анийское царство (в 1045 г. оно было насильственно упразднено византийскими властями и включено в состав империи), не говоря уж о Ташир-Дзорагетском царстве, просуществовавшего до 1118 года, когда Давид IV установил свой контроль над ним и упразднив царство, присоединил его территорию к грузинскому государству.

Р. А. Гусейн-заде и в другом месте своего исследования (с. 15-16) избегает упоминание Армении и говорит лишь о включении в состав Сельджукской империи (1038-1157) нынешних азербайджанских останов Ирана (Западный Азербайджан, Восточный Азербайджан и др.), Центрального Кавказа, в котором подразумевает только нынешнюю Азербайджанскую республику и Грузию, далее Северный Кавказ и т.д., почему-то забывая упомянуть «нынешнюю» Армению, из чего несведущий читатель может подумать, что армянские территории (в первую очередь, бывшее Анийское царство) избежали эту участь и не оказались в пределах Сельджукской империи. В этой связи, вряд ли снимает проблему авторское объяснение, согласно которому Армения тогда представляла лишь «географическое пространство в Восточной Анатолии» (курсив наш – З.П.). Также неправомерно исключать Армению из списка стран Кавказа – Азербайджан, Грузия, Дагестан (с. 63), в судьбах, которых сыграли важную роль сельджуки. Иначе, опять-таки получается, что на Армению не распространялось влияние сельджуков. Здесь же бросается в глаза довольно пространная цитата со ссылкой одновременно на хронику Михаила Сирийца (французское издание 1910 г.) и на «Историю Грузии» М. Броссе (французское издание «Картлис цховреба», 1849 г.), в которой почему-то для обозначения Армении употреблена грузинская форма – Сомхети, без всяких комментарии. Создаётся впечатление, что одна и та же цитата принадлежит одновременно и сирийскому автору и грузинскому летописцу и что грузинский термин – «Сомхети» использеутся и Михаилом Сирийцем.

Однако, в приведённом выше пассаже (с. 57) больше всего настораживает голословное заявление учёного о том, что «в Азербайджане … на северо-западе страны находилось Шекинское владение с собственной династией». Тут, не совсем понятно, что подразумевается под «Шекинским владением» и какую «собственную династию» династию имеет в виду автор. Очевидно это Эрети (В историографии давно установлено, что грузинскому «Эрети» соответствует «Шеки» арабских источников. Помимо этого, известно и то, что историческая провинция Эрети в грузинских и иностранных письменных источниках встречается и под названием «Ран», «Алвания»)[2] – западная часть исторической Албании, которая как минимум с эпохи Вахтанга Горгасали (II пол. V в.) представляла собой грузинский политико-государственный мир.[3] Примерно с конца VIII в. здесь формируется грузинская политическая единица Эретское княжество (с 893 г. царство), во главе которого стояли представители грузинского рода Багратиони[4] (Точку зрения о принадлежности правителей Эре­ти к грузинской царской династии Багратионов разделяют такие авторитетные специалисты, как: В. Ф. Минорский, К. Туманов, акад. Н. А. Бердзенишвили, акад. М. Д. Лордкипанидзе, акад. Д. Л. Мусхелишвили, Т. Г. Папуашвили и др.[5]). В середине Х в. стараниями эретской царицы Динар, дочери одного из представителей тао-кларджетских Багратионов – Адарнасе, сестры эриставтэристава Гургена, правнука Ашота Курапалата, была обращена «Эрети от армянской ереси к исповеданию православия».[6] В результате, чего «народ Эрети, с древних времён в культурном и этническом отношении тесно связанный с Восточной Грузией, вошёл в лоно Грузинской Церкви»[7]. Однако это вовсе не означает, что Эрети с самого начала исповедовала армянское монофизитство. Наоборот, доподлинно известно, что христианство в Эрети изначально пришло из Картли и что здесь ещё во времена Вахтанга Горгасала были учреждены грузинские епархии.[8] Упрочению «позиций Картлийского государства и церкви служила миссионерская деятельность т. н. «сирийских отцов» в VI в. на территории Эрети. После армяно-грузинского церковного раскола 607-609 гг. под нажимом грузинской церкви в Эрети утверждается халкидонский толк». В середине VIII в. в результате плодотворной деятельности картлийского эрисмтавара – «царя» Арчила в Эрети происходить дальнейшее укрепление диофизитства. Вместе с тем, со временем, «определённых успехов достигает в этом крае и армянское влияние».[9] К середине X в. Эретское царство официально придерживалось армянского вероисповедания. Кстати, о религиозной ситуации в Албании и грузино-армянском противоборстве в этой сфере, весьма определённо писал ещё акад. Н. Я. Марр. По словам учёного: «В Албании … развертывалась борьба халкедонитов с антихалкедонитами, причём ни те, ни другие не спасали албанской национальности: халкидонство подготовляло путь к господству грузин, антихалкедонство – армян. Западная её часть, так сказать грузинская Албания, действительно огрузинилась: эта древняя область Эретия, позднее вошедшая в пределы Кахети. В X веке в Эрети халкедонство восторжествовало окончательно… Восточная respr. юго-восточная часть Албании, судя по армянским источникам, значительно раньше сделалась достоянием антихалкедонской церкви Армении».[10]

 В начале ХI в. длительная борьба кахетинских хорепископов за овладение Эрети завершается (в 1010 г.) образованием объединенного Царства «Кахов и Ранов» (Кахети-Эрети), которое ещё тогда царём «абхазов» и «картвелов» Багратом III-м было воссоединено с остальной Грузией. Этим завершился первый этап политического объединения Грузии в единое государство. Правда, к началу 20-х годов царь объединённой Грузии потерял контроль над Кахети-Эрети, где оформилось независимое Царство «Кахов и Ранов», которое на протяжении всего ХI века сохраняло свой суверенитет, но уже в начале ХII в. Давид Строитель положил конец его существованию и окончательно присоединил Кахети-Эрети к объединённому грузинскому государству.

Конечно, здесь не место для дальнейшего обстоятельного рассмотрения вопроса, что из себя представляло «Шекинское владение с собственной династией» в ХI веке, но всё же не можем воздержаться от привлечения некоторых данных арабских источников, в которых дано совершенно однозначное понимание политико-государственного и этно-культурного облика Шеки. Мы имеем в виду, в первую очередь, материалы из сочинения такого достоверного автора как Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Так вот, рассказывая о том, как в 1067-1068 г. «царь Абхаза по имени Бакрат (он же царь Грузии Баграт IV – З.П.) совершил набег на ал-Барда’а … один из городов в стране мусульман. Тогда султан … устремился в страну Абхаз. … Самыми храбрыми из воинов ар-Рума [были] франки … и пешие воины из Шаки. А Шаки — это округ, где княжил Ахситан».[11] По совершенно верному разъяснению комментатора этого текста акад. З. М. Буниятова, Этот Ахситан, или же «малик Шаки» никто иной как «Ахсартан II сын Гагика – царь Кахетии (1058-1084)».[12]

В монографии Р. А. Гусейн-заде в отдельных случаях встречаем не совсем правильное использование термина «Абхазия» и «абхазы». Так на той же стр. 57, освещая общеполитическую картину Кавказа в I половине XI века, автор отмечает, что: «Грузия, включая Абхазию, стала единым царством под эгидой династии Багратидов» и что «Грузино-Абхазское царство было заинтересовано в поддержании добрососедских отношений с веинахами Северного Кавказа. Среди них миссионерствовали грузинские клирики, что отвечало политике грузинских царей, которые старались держать под своим контролем Дарьялский проход, а также поддерживать союзнические отношения со своими горскими соседями, в первую очередь с Ингушетией». Далее следует рассказ о том, что «аланы и кипчаки с XI века и до монгольского нашествия в XIII столетии представляли собой здесь наиболее крупные и важные силы (с. 58). Алания в XI веке превратилась в значительное и сильное этнополитическое объединение. Аланскому царю подчинялись многие племена Северного Кавказа… Вместе с тем у алан существовали связи с Грузией и Абхазией. По горным тропам они проходили к Чёрному морю и далее – в Византийскую империю» (с. 58). Это фактический пересказ материала из обобщающего издания по истории народов Северного Кавказа, в котором отмечено, что «в средневековой истории народов Северного Кавказа Алания сыграла важную роль, объединив под эгидой многие народы Северного Кавказа в единую, хотя и непрочную, политическую систему, ставшую заметным явлением в истории юго-востока Европы X-XI веков» (с. 57) (курсив наш – З.П.).

Т.е. остаётся впечатление, что до образования единого грузинского государства в начале XI века Грузия была одной страной, а Абхазия другой и что в это время эти два субъекта – Грузия и Абхазия, создали некое федеративное образование – «Грузино-Абхазское царство». Здесь, мы вынуждены напомнить уважаемому коллеге, что понятие Грузия («Сакартвело») на протяжении всего средневековья (во всяком случае, после того, как вообще возник этот термин – как минимум с X в.), всегда включал и Абхазию и их параллельное использование неправильно. А если быть более точным, до объединения грузинских политических образований в единое государство, под Грузией подразумевались и Царство «Абхазов» – Западно-грузинское государство, и Царство «Картвелов» (или т.н. «Тао-Кларджетское княжество») – государственное образование в Южной Грузии, и Кахетинское хорепископство (княжество), и Эретское княжество (впоследствии царство), и Тбилисский эмират. Конечно же, перечислять все эти грузинские царства-княжества параллельно вполне нормально, но упоминать их вместе с Грузией («Сакартвело») неправомерно. Ведь никому не придёт в голову употребить такое словосочетание как: «Грузия и Картли, Грузия и Имерети и т.п.». Кстати, подобная оплошность допущена и на стр. 76, где, рассказывая о втором походе Алп-Арслана в Грузию, Р. А. Гусейн-заде приводит сообщение из «Матиане Картлиса» (и на этот раз по французскому переводу М. Броссе) о том как «царь Кахети покинул веру и сотворил обрезание» и добавляет, что «царь Картли Баграт IV пытался организовать сопротивление, однако в решающем сражении грузинское войско потерпело поражение» (курсив наш – З.П.). В этом пассаже, помимо того, что неверно объявлять Баграта IV-го царём Картли – такого понятия тогда не было, получается, что Кахети не Грузия.

Вместе с тем, при изложении некоторых событий связанных с военно-политической активностью сельджуков, Р. А. Гусейн-заде, нередко (явно под влиянием восточных источников), без всяких комментариев использует термин «Абхазия», из чего несведущий читатель может понять, что в этих случаях речь идёт не о грузинском государстве в целом, а современной Абхазии. Т. н. на стр. 69, рассказывая о военной кампании начатой Тогрул-беком в 1054 г. читаем: «Одновременно три крупных сельджукских отряда двинулись один в направлении Абхазии, два других – в Восточную Анатолию» (курсив наш – З.П.). То же самое можно сказать и относительно пассажа на стр. 190, где также без комментариев говорится о вторжении сельджуков «в Азербайджан и Абхазию в 1067/68 году». И на стр. 106, без ссылки на источник и без всяких комментариев говорится о том как «султан Кей-Хосров I (1192-1196, 1204-1210) пытался завладеть Абхазией» (курсив наш – З.П.). Со всей уверенностью можно утверждать, что во всех этих случаях речь может идти не о нынешней Абхазии, а об «Абхазии» в широком понимании этого термина, т.е. о Грузии в целом. Вопрос о том, что в XI-XII вв. да иногда и позже в иноязычных (порой и в грузинских) Грузию в целом, как правило, называли «Абхазией» в историографии давно решён.[13] Однако, в виду того, что в отдельных публикациях (в том числе и в трудах известных востоковедов) не всегда даны необходимые разъяснения по этому поводу, некоторые радетели абхазской «национальной» истории факт упоминания в источниках, освещающих события XI-XII веков, понятий: «Абхазия», «абхазы» используют как свидетельства активного присутствия в большой политике собственно Абхазии, т.е. нынешней Абхазии и современных апсуа-абхазов. Исходя из этого, мы считаем не лишним ещё раз, вкратце, напомнить, почему и при каких условиях произошло расширение значения понятий «Абхазия» и «абхазы» в VIII-XII веках.

Ещё во II половине VIII в. (к началу 80-х годов данного столетия это уже свершившийся факт) «эристав Абхазии» (юго-восточная граница указанного эриставства тогда проходила всего лишь по реке Келасури, что под Сухуми) распространил свою власть на всю Западную Грузию до Лихского (Сурамского) хребта (т.е. на территории бывшего Лазско-Эгрисского царства) и в качестве «мтавара» (владетеля) возглавил это новое государственное объединение, которое современник этого процесса, известный грузинский писатель Иован Сабанис-дзе, писавшее своё знаменитое агиографическое произведение «Мученичество Або Тбилели» как раз в 80-х годах VIII века, называет не иначе как «Абхазия».[14] В конце VIII в. Леон II – «эристав Абхазии» официально принял титул на этот раз уже «царя абхазов» («мепе апхазта»), после чего как внутри Грузии, так и за её пределами это новое государственное образование стали называть страной «царя абхазов», т.е. Царством «Абхазов» или просто «Абхазией». Однако изменение названия страны отнюдь не означало изменение её национально-государственного облика и создание в пределах всей Западной Грузии качественно нового, собственно абхазского национального государства, правопреемником которого, якобы, является нынешняя Абхазия, а не современное грузинское государство в целом (Несмотря на околонаучные спекуляции некоторых абхазских историков, вокруг названия Царства «Абхазов», не должно вызывать никакого сомнения, что т. н. «Абхазское» царство, возникшее в конце VIII в. и охватившее всю Западную Грузию, независимо от этно-племенного происхождения его основателя – «эристава Абхазии» Леона II-го, с самого начала было исключительно грузинским политическим образованием).[15]

Позже (уже в начале XI в.), когда завершился длительный процесс объединения грузинских земель и образовалось единое государство, во главе которого оказался царь «абхазов» и «картвелов» Баграт III Багратиони (объединение Грузии означало, прежде всего, слияние двух престолов: «абхазского» (западногрузинского) и «картвельского» (тао-кларджетского), в виду того что, титулатура первого царя объединённого грузинского государства начиналась со слов «царь абхазов», название «Абхазия» распространилось и на всю Грузию. Совершенно правильно отмечено в историографии, что это было выражением той ведущей роли, которую сыграло западногрузинское государство – Царство «Абхазов» в объединительном процессе.[16] Именно вокруг Кутаисского престола происходило собирание всех грузинских земель и формирование общегрузинской государственности и это отнюдь не было связано со сменой династии. Царство «Абхазов», как уже отмечалось, с самого начала было грузинским политическим образованием, а «абхазские» цари из династии «Леонидов» были такими же грузинскими лидерами, как и представители династии Багратионов.[17]

Мы обращаем внимание на это ещё потому, что видимо и среди наших азербайджанских коллег нет чёткого представления о тех политико-государственных изменениях, которые имели место в Грузии на рубеже X-XI вв, в результате чего образовалось единое грузинское государство. Что говорит о других, когда даже такой компетентный исследователь средневекового Кавказа, большой знаток истории Грузии, как акад. З. М. Буниятов порой допускал неосторожность без соответствующих комментариев акцентировать внимание на т. н. «абхазское» происхождение объединителя Грузии Баграта III-го. Так, комментируя сообщение арабского автора ал-Бундари о том как: «Алп-Арслан вынудил царя Абхаза Баграта сына Георгия просить мира и выдать свою дочь за него и, приняв его подношения … затем он выдал грузинскую принцессу за Низам ал-Мулка»», правильно отмечает, что «здесь«Абхаз» этнического значения не имеет», но объясняет это (весьма вольно ссылаясь на труд З. В. Анчабадзе), тем, что «в 975 г. князьБаграт (его мать была абхазкой) унаследовал престол Абхазии. В 1008 г. он занял престол Грузии и объединил оба царства. С тех пор его династия именовалась Абхазской».[18]

Данное объяснение маститого учёного нуждается в существенной корректировке. Начнём с того, что и здесь неправильно употребляется термин Грузия. Никакого «престола Грузии» – в 1008 году Баграт III не занимал. В это время, он овладел лишь Царством «Картвелов» – южно-грузинским политическим образованием (В историографии долгое время было принято, что Баграт III официально унаследовал титул «царя картвелов» именно в 1008 г., после того как умер его отец, «царь царей» Гурген, сын и наследник царя «картвелов» Баграта II-го «Регвени».[19] Но с недавних пор, все больше начали говорить о том, что Баграт, возможно, стал царём «картвелов» после смерти Давида III-го Куропалата – в 1001 г.[20]. Нам же представляется более реальным связать данное событие не со смертью Давида Куропалата, который, несмотря на то, что был несомненным лидером тогдашней Грузии, по нашему мнению, никогда не носил титул «царя картвелов», а с кончиной Баграта II-го «картвельского» царя /958-994 гг./ – деда Баграта III-го.[21]),а это вовсе не Грузия в целом. «Картвельские» цари, несмотря на то, что официально считали себя правопреемниками царей и эрисмтаваров Картли (Иверии – восточногрузинского царства), в это время (во II половине Х в.) не контролировали даже всем Тао-Кларджетским наследством Ашота Багратиони – последнего эрисмтавара Картли, основавшего в начале IX в. это новое грузинское государственное образование, не говоря уж о самой Картли (в тот период – лишь «Шида /Внутренняя/ Картли»), которая вообще не входила в состав южногрузинского государственного образования, а была частью Царства «Абхазов». Помимо этого, совершенно очевидно, что из подобного рода объяснений, любой несведущий читатель может прийти к выводу, что страна которую возглавил царевич Баграт Багратиони в 978 году (а не в 975, как ошибочно пишет акад З. М. Буниатов) благодаря своей матери – «абхазки», на самом деле была Абхазией в современном понимании этого термина. Отсюда, получается, что в то время Царство «Абхазов», т.е. вся Западная Грузия со столицей Кутаиси – исконно грузинским городом, да ещё и вместе с Шида Картли – сердцевиной грузинской национальной государственности – не было Грузией!?

Теперь собственно о восточном письменном наследии. Чтобы окончательно прояснить ситуацию вокруг значения терминов «Абхазии» и «абхазов» в восточных письменных источниках, освещающих события XI-XII веков, считаем целесообразным привести некоторые свидетельства отдельных авторов. Т.н. Яхья Антиохийский Гиоргия I-го называет «царём абхазов» («малик ал-абхаз»), а его царство – «Билад ал-Абхазийа» («страна абхазов»), «билад ал-абхази» («страна абхаза») или «Мулк ал-абхази» («Царство абхаза»).[22] «Абхазским царём» назван и Баграт IV, а «царями абхазов и курджов» – Давид IV, Деметре I, Гиорги III.[23] По словам Садр ад-Дина ал-Хусейни, Алп-Арслан преследовал царя «абхазов» Баграта IV-го в «Курджистане» (в Грузии).[24] «Абхазским царём» назван Деметре I – преемник Давида Строителя – в сочинении известного арабского путешественника Ибн аль-Азрак аль-Фарики.[25] Некоторые арабские авторы, освещающие события более позднего периода по-прежнему называют «Абхазией» всю Грузию. Так, биограф Хорезмшаха Джалал ад-Дина ан-Насави, рассказывая о походе Джалал ад-Дина в Восточную Грузию, пишет, что он проник «вглубь абхазских земель».[26] Для другого автора XIII в. Якута страна «абхазов» населена «курджами» (грузинами).[27] В сочинении Ибн ал-Асира известный грузинский деятель эристав клдекарский Липарит Багваши назван «маликом Абхазии – Карит».[28] В сочинении же Ал-Азими клдекарский эристав вовсе назван «Липаритом абхазским».[29] По сообщению Имад ад-Дина Испахани, в 1154 г. наследник сельджукского престола Сулейман-шах женился на дочери грузинского царя («малик ал-Курдж»), которая являлась «абхазской госпожой» («хатун ал-абхазийа»).[30]

Почти аналогичную ситуацию встречаем в персидских письменных памятниках. По словам историка XII-XIII вв. Ибн-Испандияра: «Тамар падишах Тбилиси и Абхазии».[31] В одном из своих стихотворений известный азербайджанский поэт Хакани (XII в.) говорит: «Стал я жителем Абхазии и заговорил по-грузински».[32] Другой известный поэт Фелеки Ширвани в своей оде, написанной по поводу кончины царя Деметре I-го, сына Давида Строителя, называет его «шахиншахом Абхаза и Шаки, царём горизонтов».[33] В сочинении сельджукского хрониста Ибн-Биби царица Тамар (Тамар-ханум) названа «малика гурдж» («царица Грузинская»), которая правила «Мамлакат-абхаз» («Страна абхазов») и дар ал-Мульком («столицей») Тифлис».[34]

Это далеко неполный перечень тех восточных источников, в которых под терминами «Абхазия» и «абхазы» подразумеваются объединенное Грузинское государство в целом и всё его население. Со всей уверенностью можно утверждать, что историческая наука не располагает ни одним восточным письменным источником, освещающим события XI-XII веков, в котором термины «Абхазия» и «абхазы» имели бы иное значение. Поэтому при использовании сведений арабо-персидских (впрочем, как и других: византийских, армянских, древнерусских и т.д.) источников следует проявлять определённую осторожность, дабы не дать лишнюю пищу отдельным историкам – идеологам абхазского сепаратизма, разглагольствовавшим «о национальном государственном организме этнических абхазов в XI-XII вв.», тем более «об его самостоятельной роли на международной арене».[35]

Возвращаясь к вышеприведенному (с. 57-58) пассажу из монографии Р. А. Гусейн-заде, хотим обратить внимание и на то, что автор имеет не совсем верное представление о грузинской политике на Северном Кавказе. Так, по утверждению нашего достопочтеннейшего коллеги, получается, что на Северном Кавказе Грузия проявляла активность по отношению только лишь веинахов и то в религиозно-идеологической сфере поддерживая при этом с ингушами всего лишь «союзнические отношения». На самом же деле, доподлинно известно, что ещё во времена правления в Западной Грузии царя «абхазов» Гиоргия II-го (922-957), «грузинские клирики» вели активную миссионерскую деятельность, прежде всего в Алании-Осетии и что христианизация Алании-Осетии ставилось в заслугу этого могущественного грузинского монарха. Это почти документально подтверждает не кто иной, как сам Константинопольский патриарх Николай Мистик (901-907, 912-925), который в одном из своих посланий к «правителю абазгов» особо хвалит его за: «большое старание в деле просвещения князя Алании и тех, которые вместе с ним удостоились святого крещения».[36] Так, что не совсем верно утверждение автора о том, что «часть аланов Северного Кавказа приняла христианство» исключительно благодаря византийских миссионеров (с. 61). Вообще и в этой части и в других разделах монографии явно чувствуется излишнее увлечение констатацией могущества алан-осетин. В частности, это проскальзивается на стр. 61,где, отмечая факт византийского влияния на Грузию, Р. А. Гусейн-заде говорит (без ссылки на источник) о том, что «население грузинских земель на Юго-Западном Кавказе, находившихся в составе Византии, было обязано содержать 50-тысячное войско против вторжения с востока, то есть из Равадидского и Шедадидского эмиратов и из Аланского царства» (курсив наш – З.П.).

То, что грузинское население фемы Иверия выставляло 50 тысячное войско в распоряжении византийских императоров известно по сообщению Георгия Кедрина[37] (Следует отметить, что акад. Ф. И. Успенский, комментируя сообщение Скиллицы-Кедрина, явно путаая византийскую фему Иберию с Грузией и ошибочно пишет, что «Грузия содержала прежде 50 тысяч войска с целью защиты против азиатских хищников, но что Мономах переложил эту натуральную повинность на денежную и тем лишил восточную границу империи самой крепкой защиты»…[38]), однако непонятно откуда взята информация об их участии «против вторжения с востока… из Равадидского[39] и Шедадидского эмиратов», не говоря уж об Аланском царстве, упоминание которого в этом контексте явное недоразумение.[40]

Не совсем корректным представляется нам констатация «сообщения Бар Эбрая о захвате в 1122 году Тифлиса  грузинским царём Давидом Строителем» (с. 19). Складывается впечатление, что автор завуалировано скрывает освободительный характер борьбы грузинского царя за возвращение древней столицы Картли. Эта же мысль развита и на стр. 89, где уже в авторском тексте (без ссылки на источник) читаем буквально следующее: «… грузинский царь захватил после 400-летнего владычества эмиров Джапаридов Тифлис, который стал столицей его государства» (курсив наш – З.П.).

Было бы желательно воздержаться от упоминания Басили в качестве автора хроники «Жизни царицы цариц Тамар» (с. 32).Следует учесть, что данная гипотеза (и не более), выдвинутая в своё время акад. И. А. Джавахишвили,[41] явно требует пересмотра и лучше называть этого летописца просто Вторым историком царицы Тамар.[42] Следует также отказаться от формы «Тамара» и писать «Тамар».

В отдельных местах монографии Р. А. Гусейн-заде встречаем не совсем верные интерпретации выводов грузинских историков. Так, на стр. 49-50, критикуя положение А. П. Новосельцева «о натуральном … характере экономики региона» вызванном «с появлением на Кавказе сельджуков», в результате чего «здесь (по замечанию Р. А. Гусейн-заде, в этом случае, А. П. Новосельцев имел в виду не всё Закавказье, а прежде всего Азербайджан) исчезла большая часть прежних месстных землевладельцев и что в XI-XII веках тут всё определённее проступали черти кочевых форм хозяйства … местные землевладельцы в большинстве случаев оказались заменены пришлой военно-кочевой знатью», Р. А. Гусейн-заде, почему-то отмечает, что «подобное же заключение относительно Грузии бытует в грузинской литературе» и ссылается на труды Ш. А. Месхия и М. Д. Лордкипанидзе. Однако, это совсем не так. Грузинские историки, и прежде всего акад. Н. А. Бердзенишвили,[43] точку зрения которого разделяют названные исследователи, говорят не об установлении военно-кочевой системы хозяйствования в Грузии как о свершившимся факте, а лишь об угрозе подобной метаморфозы.

Не совсем верно утверждение автора о том, что к середине XI века в борьбе за Кавказ, противостояли друг другу Сельджукская держава, Арабский халифат и Византия (с. 68). С полной уверенностью можно констатировать, что в это время военно-политическая мощь Арабского халифата была мизерной и она давно уже не «претендовала» на ведущее положение в кавказском направлении. Следовало быть более аккуратным при ссылках на летописей «Картлис цховреба». Т. н. рассказывая о перипетиях первого сельджукского нашествия на Грузию, Р. А. Гусейн-заде пишет: «Баграт IV принёс вассальную присягу с обязательством уплаты дани – джизии – и отдал ему в жёны свою племянницу» (с. 72) и при этом ссылается на французский перевод «Картлис цховреба» и на сочинение Имад ад-Дина аль-Исфахани одновременно, из чего создаётся впечатление, что грузинский летописец и арабский автор отмечают один и тот же факт. Однако, в переводе «Летописи Картли» (Вот как выглядит французский перевод данного отрывка из «Матиане Картлиса», которым пользуется Р. Гусеин-заде: «De cette ville le sultan envoya une ambassade au roi Bagrat, pour solliciter son alliance et demander en mariage la fille de sa sœur» [44]), как и в оригинале говорится лишь о том как «… отправил султан из Ахалкалаки посла к Баграту; навязал ему сватовство и требовал в жены себе его племянницу»[45] (Следует отметить, что мы имеем два разных перевода данной хроники на русский язык[46]. Несмотря на это, Р. А. Гусейн-заде, предпочтение отдаёт французскому переводу М. Броссе, выполненному ещё в середине XIX в.). Ни о каком принесении присяги о вассальной зависимости со стороны грузинского царя речь не идёт.

Тезис об установлениивассально-сюзеренных отношений между царём Багратом и султаном Алп-Арсланом повторяется и на стр. 166. «Великий султан Алп-Арслан, – пишет Р. А. Гусейн-заде, принял в 1067 году вассальную присягу грузинского царя Баграта IV…». И на стр. 167встречаем тезис о подтверждении Баграт IV-м вассальной зависимости от сельджукского султана Алп-Арслана, причём автор наряду с летописью «Картлис цховреба» на этот раз ссылается на сочинение Садр ад-Дина ал-Хусеини». Факт сватовства и женитьбы сельджукского султана над племянницей грузинского царя затрагивается и в другом разделе монографии Р. А. Гусейн-заде (с. 229), где ещё раз напомнив читателю о признании Багратом IV-м сюзеренитета Алп-Арслана, он пишет о том, как царь Баграт «отдал» Алп-Арслану «в жёны грузинскую принцессу».

Однако вывод о т.н. «признании» Багратом IV-м сюзеренитета Алп-Арслана требует должной аргументации. Данный вывод, в первую очередь, основывается на сообщении Садр ад-дин ал-Хусаини согласно которому «грузин направил [к султану] послов и подарки и стал стучаться в двери умиротворения и прокладывать путь к оправданию. Из ставки султана с грузинскими послами отправились эмир Темир ал-хаджиб и Айбек ал-хасс. Султан написал царю грузин, что тот должен либо принять ислам, либо выплачивать джизью, и [царь] согласился на [выплату] джизьи»[47] (По данным Садр ад-дин Али ал-Хусейни это произошло в ходе похода великого султана в ар-Рум, который начался в «в начале месяца раби’ I 456 года – третья декада февраля 1064 г.[48], но Р. А. Гусейн-заде данное событие почему-то датирует 1067 годом[49]).  В других восточных источниках, в которых освещается перипетии первого похода сельджукского султана на Грузию нет подтверждения факта установления сюзеренитета Алп-Арслана над грузинским царём. Так, Ал-Бундари повествуя о том, как «Алп-Арслан вынудил царя Абхаза Баграта сына Георгия просить мира и выдать свою дочь за него и, приняв его подношения, даровал емуаман. Затем он выдал грузинскую принцессу за Низам ал-Мулка»,[50] ничего не говорит об установлении вассально-сюзеренных отношений между грузинским царём и Алп-Арсланом. И в сочинении другого арабского автора – Сибта ибн ал-Джаузи сообщается лишь о том, что «султан женился на дочери сестры Баграта, царя Абхаза».[51]

Вместе с тем, последующие события не только не подтверждают, но практически опровергают наличие каких-либо обязательств со стороны грузинского царя по отношению султана. Что же касается договоренности между Багратом IV и Алп-Арсланом о выдаче замуж за султана племянницы (а не дочери, – как это пишет ал-Бондари)[52] грузинского царя,[53] то это вряд ли следует рассматривать как уступку Баграта IV-го. Наоборот, нам кажется, что этот брак был определённым дипломатическим успехом царя Баграта, так как способствовал дальнейшему упрочению его позиций в Восточном Закавказье. Такой вывод не покажется странным, если учесть ту ситуацию, при которой он осуществлялся.

Как выясняется из сведений «Матиане Картлиса», против выдачи замуж за султана племянницы (дочери его сестры – З.П.) Баграта IV (следует отметить, что и по данным другого арабского автора Бар Гебрая, султан взял в жёны дочь сестры «властелина Грузии»[54]) выступил другой её дядя (уже со стороны отца) ташир-дзоракетский царь Квирикэ. Воспользовавшись этим поводом, грузинский царь вступил в Ташир-Дзоракетское царство и, овладев Самшвилде, установил там свой контроль: «покорились (Баграту) армяне», – пишет автор «Матиане».[55] Это было ещё одним шагом, направленным на возвращение грузинскому государству территории древнегрузинских провинций – Хунани-Самшвилде.[56] Данная акция грузинского царя, помимо того, что она укрепляла позиции Грузии в этом регионе, была ещё и своего рода демонстрацией военного могущества Грузинского царства в глазах сельджукского султана, который наверняка не оставил бы без соответствующей реакции более чем смелые действия Баграта IV-го в Ташир-Дзоракети. В качестве ответной меры следует рассматривать восстановление власти Джапаридского эмира в Тбилиси, которое произошло явно при помощи сельджукского султана.[57] Пресечение дальнейшей экспансии царя «абхазов» и «картвелов» преследовало целью, по-видимому, и внезапное нападение Абул-Асвара на Грузию,[58] того самого Абул-Асвара, которому Алп-Арслан поручил контроль над политическими единицами Закавказья.[59] Баграт IV немедленно ответил на это и (в 1067-1068 гг.) разорил известный мусульманский центр в Восточном Закавказье – Барду.[60] Этого уже не мог потерпеть грозный сельджукский султан и он предпринял большой поход на Грузию.

Таким образом, эти военно-политические акции грузинского царя явно свидетельствуют о том, что в 1064-1068 гг. – в период между первым и вторым походами Алп-Арслана на Грузию, Баграт IV никак не был связан какими-то вассальными обязательствами. Наоборот, совершенно очевидно, что грузинский лидер в это время совсем не избегал конфронтацию и отнюдь не шёл на какие-нибудь компромиссы с сельджукским султаном, как это полагает Н. Н. Шенгелия,[61] а проводил самостоятельную, достаточно активную внешнюю политику для укрепления своих позиций в Восточном Закавказье. Не случайно, что грузинский царь накануне сельджукского нашествия был занят присоединением Кахети-Эрети. Только лишь приход тюрок вынудил его прекратить дальнейшее наступление и вернуться обратно.[62]

 И в результате второго похода Алп-Арслана в Грузию, во время которого в течение шести недель он опустошал Картли, а затем его отряды перешли и в Западную Грузию и разорили Аргвети «до самой Сверской крепости»,[63] не удалось окончательно сломить сопротивление грузинского царя грозному сельджукскому султану. Хотя, Алп-Арслан от царя Баграта потребовал «дани и обещал мира. Но из-за жестокостей зимы, не дождавшись (ответа), ушёл из Картли».[64] А в дальнейшем, как выясняется, султан так и не смог вынудить грузинского царя принять обязательство о выплате дани и довольствовался тем, что «отправлял послов и собирал дары царю Баграту и сладкоречиво требовал харадж. Но не положил царь Баграт на себя харадж и сам слал ему гонцов и ему также собирал дары. И была меж ними любовь словесная».[65] И это в то время, когда Баграт IV вёл себя весьма вызывающе. Это, прежде всего, проявилось в связи с историей пленения эмира Гянджи Фадлона (Имеется в виду эмир Ганджи Фадл II б. Абу-л-Асвар Шавур I /1067-1073/), о котором речь пойдёт ниже, а также при проведении ряда военно-политических акций в Восточном Закавказье.

Так, в конце своего царствования Баграту IV очередной раз пришлось выступить против Фадлона, который, нарушив «клятву и посредничество великого султана», захватил крепости Кавазини и Агарани.[66] Царь Баграт молниеносно отреагировал на эту авантюру ганджийского эмира и освободил одну из этих крепостей. Более того, он организовал большой поход в Ганджу и для этой цели «призвал… царя овсов Дорголеля с сорока тысячами овсов и под водительством сына своего Гиоргия куропалата опустошил Гандзу».[67] В результате этой победоносной военной операции значительно возрос авторитет царя «абхазов» и «картвелов». Активное участие овсского царя Дорголеля в походе против Фадлона, свидетельствует о том, что Овсское (Осетинское) царство – наиболее мощное политическое образование на Северном Кавказе, – было вовлечено в орбиту внешнеполитических интересов грузинского государства. Вместе с тем, совместный грузино-овсский поход в Ганджу показал, что именно грузинское государство выступало в роли главного организатора антисельджукского фронта на Кавказе. А все это означало, что Грузинское царство, несмотря на тяжелые последствия сельджукских нашествий, по-прежнему оставалось ведущей политической силой, претендующей на роль гегемона в общекавказском масштабе.[68]

Не совсем верным представляется нам и точка зрения Р. А. Гусейн-заде о целях императора Романа IV-го Диогена накануне генерального сражения при Манцикерте (1071 г.). Так, одной из причин, побудившим византийского императора сразиться с грозным сельджукским султаном, по мнению учёного, было желание «оказать помощь единоверному Грузинскому царству» (с. 79). На самом деле, есть все основания думать, что, в этот период, Роман Диоген меньше всего заботился о единоверной Грузии, лидер которой, к тому же, как выясняется, пошёл на сближение с Алп-Арсланом. Об этом, в частности, свидетельствует сообщение «Матиане Картлиса». По сообщению вышеназванной грузинской хроники, Алп-Арслан, обеспокоенный пленением своего ставленника, правителя Гандзы (Гянджа) – Фадлона царём Грузии – Багратом IV-м, не только не наказал непокорного грузинского царя, а «прислал … воеводу Алхаза и по ходатайству его и уговору султана помирился Баграт с Фадлоном, отпустил его и отправил во владение своё в Гандзу. И ушёл с ним воевода. Преподнесли (Баграту) ключи от Гаги, и взял царь абхазов Гаги».[69] Т. е. Алп-Арслан не только не предпринял карательную экспедицию против грузинского царя, пленившего гандзийского (ганджийского) эмира Фадла II-го – главного союзника и вассала султана, но даже вознаградил его, пожаловав город-крепость Гаги. В источниках нет каких-либо указаний, объясняющих такую позицию Алп-Арслана. Однако, осмысление событий, происходивших на Ближнем Востоке, на рубеже 60-70-х годов XI века, в целом, позволяет высказать определенное соображение по этому вопросу.

В конце 60-х годов XI века, когда Баграт IV осуществлял свои наступательные операции в Восточной Грузии, Алп-Арслан был занят подготовкой генерального наступления против Византии. По-видимому, именно это обстоятельство заставило сельджукского султана проявить определенную осторожность по отношению к Баграту IV-му. Помимо того, что не так просто было наказать грузинского царя (в чем сельджуки могли убедиться во время I и II походов в Грузию), Алп-Арслан должен был учитывать и возможность выступления в войне Баграта IV-го на стороне Византии. Исходя из этого, есть все основания полагать, что дипломатический реверанс Алп-Арслана в отношении Баграта IV-го был рассчитан на обеспечение нейтралитета грузинского царя в будущей войне с Византией.[70]

Установлению партнёрских отношений между грузинским царём и сельджукским султаном могло способствовать и то, что в этот период, наблюдается некоторое охлаждение в грузино-византийских взаимоотношениях, очевидно вызванное фактическим отстранением Романом Диогеном представителей рода Дук от государственных дел. В политических кругах Грузии, по-видимому, были озабочены противостоянием между новым императором Романом IV Диогеном и роднёй юного императора Михаила Дуки (По совершенно обоснованному мнению исследователей, после смерти Константина X-го вдовствующей императрице Евдокии«удалось сохранить за своим старшим сыном Михаилом права на престол, а для младших сыновей – достоинство соправителей», из чего следует, что «Диоген был признан лишь одним из императоров, его преимущество перед малолетними детьми Константина X юридически закреплено не было»[71]. Т. е. Михаила Дуку, официально считали императором сразу же после смерти своего отца – Константина X-го, а новый муж Евдокии – Роман IV Диоген, фактически, стал его соправителем. Предполагается, чтоизбраниеРомана Диогена императором была своего рода продолжением «давней византийской традиции, когда для борьбы с внешними врагами в соправители малолетнему наследнику престола назначался опытный и влиятельный военачальник». В этой связи проводится параллель с Никифором II Фока /963-969/ и Иоанном I Цимисхии /969-975/[72]) – зятя грузинского царя Баграта IV-го. То, что у воинствующего императора Романа IV-го Диогена действительно была достаточно сильная оппозиция в лице представителей рода Дук не вызывает никакого сомнения. В науке высказано совершенно обоснованное мнение о том, что с провозглашением Романа IV-го Диогена императором, позиции Дук и их лидера – кесаря Иоанна (младшего брата императора Константина X-го) хотя значительно ослабли, и они постепенно были «вытеснены из гражданской администрации», однако, в целом, их влияние отнюдь «не было подорвано окончательно».[73]

Более того, «… при дворе у Романа IV были и другие недоброжелатели», которые, «со временем … объединились с приближенными кесаря Иоанна и сформировали партию, поставившую перед собой цель лишить Диогена престола».[74] Совершенно очевидно, что предательство отдельных военачальников в самый разгар Манцикертского сражения (в первую очередь, Андроника Дуки и Никифора Вриенния, которые «В самый критический момент, во время боя», вывели свои отряды из сражения и этим самым позволили «сельджукам взять императора в плен»), было лишь звеном заранее запланированного заговора, с целью свержения неугодного им императора.[75] Если это так, то не исключено, что в свержении Романа IV-го Диогена были заинтересованы и в Грузии, – ведь на кону висело политическое будущее не кого-нибудь, а венценосного супруга дочери царя Грузии (У нас немало примеров, когда политические круги Грузии достаточно активно вмешивались во внутренние дела Византии и поддерживали того или иного претендента на императорский престол. Так было, в частности, во времена могущественного грузинского лидера, правителя Тао Давида Куропалата, который дважды (в 979 и 989 гг.) направлял войска в империю,[76] а также в период царствования Гиоргия I-го, поддерживавшего антиправительственные мятежи направленные на свержение Василия II-го[77]). Вот это и могло охладить отношения между Багратом IV-м и новым императором Византии, что со своей стороны явно было на руку грозному сельджукскому султану перед генеральным наступлением на Византию.

Этому нашему выводу не противоречит зафиксированное в некоторых источниках участие грузин в Манцикертском сражении. Во первых из византийских источников – а им следует отдать предпочтение при уточнении этнического состава византийских подразделений участвовавших в Манцикертском сражении – лишь Михаил Атталиат называет «стратиотских ополчений Иверии»,[78] которых никак нельзя считать вооружёнными формированиями грузинского царя, так как они, вне всякого сомнения, представляли византийскую административную единицу – фему «Иверия». Что же касается, сообщения арабского автора ал-Бундари о привлечении византийским императором «абхазов» /а их уж точно следует считать поддаными царя «абхазов» Баграта IV-го – З.П./ наряду с хазарами, русами, кипчаками, грузинами и т.д.,[79] то оно явно выпадает из общей коньюнктуры и расходится с данными других арабских авторов, не говоря уж о византийских. Конечно же, в этом плане куда предпочтительнее сведения других арабских авторов – Садр ад-Дина Али ал-Хусайни /по его данным византийские войска были собраны «из числа армян, персов, печенегов, гузов и франков»[80]/ и Сибта ибн ал-Джаузи, который, кстати, фиксирует «100 тысяч грузин /джурджи/»,[81] под которыми конечно же надо подразумевать грузин из фемы «Иверия», но ничего не говорит об «абхазах».

Необоснованно утверждение о том, что кипчаки-половцы уже к концу XI в. «играли … активную военную и политическую роль» на Северном Кавказе (с. 82, курсив наш – З.П.). Вряд ли в этом плане что-нибудь существенное даёт ссылка на публикацию З. В. Анчабадзе, посвящённой сведениям грузинских источников о кипчаках.[82] Несмотря на то, что следы пребывания кипчаков в степях Предкавказья уже со второй половины XI в. вроде бы подтверждают археологические материалы, обнаруженные в Ставрополье,[83] да и сведения грузинских хроник («Жизнь картлийских царей»,[84] «Жизнь Вахтанга Горгасала»[85]), также косвенно свидетельствуют об обитании кипчаков на Северном Кавказе[86] (Следует отметить, что по наблюдениям азербайджанского исследователя Г. А. Гейбулаева отдельные этнонимы кипчакского происхождения встречаются в топонимике Азербайджана VVII вв.[87]), всё же говорить о прочном обосновании отдельных групп половецких кочевий в указанном регионе и их активной роли на Северном Кавказе можно лишь где-то со II половины XII в.[88]

В монографии Р. А. Гусейн-заде отмечено, что в состав нового сельджукского государства – Иракского султаната, возникшего в 1118 г. «входили … Азербайджан, Грузия, Фарс и ряд других территории» (с. 87). Это не совсем так. Со всей уверенностью можно утверждать, что к 1118 году сельджуки не только полностью были выдворены из пределов грузинского государства, но, как известно, царь Грузии – Давид IV Строитель ещё в 1117 г. отправив своего сына и наследника, царевича «Деметре с сильной армией» в Ширван, предпринял энергичные меры для их изгнания из Восточного Закавказья вообще.[89] В 1120 году уже сам Давид IV дважды нападал на сельджуков в Ширване и как пишет весьма достоверный армянский историк Маттеос Урхаеци «… силою меча отобрал у иранцев много важных местностей», в том числе Ширван, Шеки и Шамхор».[90]

В других местах своей монографии Р. А. Гусейн-заде идёт ещё дальше и допускает мысль (правда, несколько завуалировано) о нахождении Грузии в составе Сельджукской державы в качестве вассально зависимой страны в XII в.Так, например, на стр. 164, Р. А. Гусейн-заде, отмечая, что «с момента создания Сельджукской державы система уделов, то есть принцип федерализма, стала нормой государственно-политического устройства», распространяет этот тезис и на Грузию. По его утверждению, «объяснение того, почему Сельджукиды не тронули на Кавказе Ширванское государство и Грузинское царство, ограничившись вассальной присягой и обязательством уплаты ширваншахами и Багратидами символической дани», следует искать именно в том, что «В течение XII века федерализм получил широкое распространение в Центральной и Передней Азии». Поэтому, продолжает автор: «в этих кавказских государствах сохранились свои династии, собственная администрация, монета и другие атрибуты суверенности» (курсив наш – З.П.).

Своего рода развитием тезиса о нахождении Грузии (и в XII в.) в системе зависимых от Сельджукидов государственных образованием, является заявление Р. А. Гусейн-заде о том, что «великие Сельджукиды считались сюзеренами Кавказа, в том числе «…и Грузинского государства» (с. 168), и что Багратиды также получали инвеституру от сельджукских султанов и присягали им на верность, как ширваншахи, эмири Шедадиды и Равадиды (с. 168-169). На самом деле, история знает лишь один случай официального признания Грузией вассальной зависимости от Сельджукского султаната. Это, как известно произошло в начале 80-х годов XI века, когда крайне изнеможённый постоянными разорительными набегами сельджуков (т.н. «Диди туркоба»-«Великая туретчина»), грузинский царь Гиоргий II был вынужден отправится к великому султану Меликшаху в Исфахан и признав его сюзеренитет, обязался выплатить харадж.[91] Такая ситуация продолжалась до 1099 года, когда Давид Строитель, воспользовавшись изменением расстановки сил на Ближнем Востоке, которое последовало за выступлением крестоносцев и взятием ими Иерусалима и Антиохии «не дал султану хараджу».[92] Со всей уверенностью можно утверждать, что после этого Грузия никогда больше не была данницей Сельджукского султаната.

При ознакомлении книги Р. А. Гусейн-заде бросается в глаза стремление автора максимально умалить главенствующую роль Грузии в политических событиях II половины XII столетия. Наиболее отчётливо это можно заметить при повествовании о перипетиях известной Шамхорской битвы. Так, по утверждению нашего уважаемого коллеги, оказывается, царица Тамар всего лишь «снарядила для него (т. е. Амиран-Умара – З.П.) войско», после чего «в июне 1194 года около Шамкира» именно «Амиран-Умар победил Абу-Бакра (с. 105)». На самом же деле, общеизвестно, что Шамхорская битва – это, прежде всего, столкновение между Грузией и Адарбадаганом за гегемонию в Восточном Закавказье, в котором Грузия одержала решающую победу, после чего овладев «полностью… Аранской страной»,[93] она долгое время не упускала инициативу из своих рук. Этот вывод однозначно следует извлечь не только из довольно пространного рассказа летописца царицы Тамар,[94] но и, что особенно важно, из сведений такого достоверного арабского автора, почти современника описываемых событий – Садр ад-Дина ал-Хусеини.[95]

То, что в этих баталиях чётко прослеживается именно главенствующая роль Грузинского царства как ведущей державы на Кавказе по отношению политических образований Азербайджана, в первую очередь в отношений Ширвана, признаёт не кто иной как крупнейший азербайджанский учёный-востоковед акад. З. М. Буниятов, который сопоставив сведения грузинского летописца и арабского автора, пришёл к выводу, что данные «этих двух источников, разноязычных и, что особенно важно, принадлежащих к противостоящим друг другу лагерям… за исключением незначительных деталей, повторяют и дополняют друг друга» и что «сведения о вассальной зависимости Ширвана изучаемого периода, приводимые грузинскими средневековыми авторами не являются односторонними, а подтверждаются и арабским автором».[96] В этом плане, не меньший интерес представляет и другой вывод учёного: «Ширван в изучаемое время был политически и экономически отделен от Азербайджана и Ар-рана и более других испытывал на себе влияние усилившейся Грузии, которая, пользуясь междоусобицами в государстве атабеков Азербайджана, стала вмешиваться во внутренние дела соседних государств. В этом влиянии были заинтересованы и представители ширванской династии, поскольку Грузия могла поддержать владычество Ширвана в Южном Дагестане. Только путем мира и союза (в котором Ширван играл подчиненную роль) с Грузией можно было обеспечить мир на западной границе владений ширваншахов».[97]

Следует особо отметить, что вассальную зависимость Ширвана от Грузии в XII в. безоговорочно признавал такой крупный авторитет, каким был видающийся русский востоковед, акад. В. В. Бартольд. Так, по мнению учёного: ««Ширваншахи фактически были подчинены им (грузинским царям)… Сами грузинские цари тоже называли себя ширваншахами».[98] Или же: «На самом же деле Ширван находился тогда в полной зависимости от грузинских царей, которые сами приняли титул «Ширваншах».[99] Ещё более красноречивым является другой пассаж из той же статьи акад. В. В. Бартольда о Ширваншахах: «Сын и преемник Менучехра II, Ахситан, пожалуй, должен был быть обязан своей победой над русским флотом под Баку, а также отвоеванием Ширвана и Дербента своему могущественному родственнику, союзнику и верховному повелителю – царю Георгию III».[100] В связи с этим нельзя не согласитсья с выводом акад. Р. В. Метревели о том, что «эти эпитеты – «могущественный» и «верховный повелитель» – полностью соответствовали авторитету Грузии и её царя в Передней Азии и на Кавказе в XII столетии.[101] Заслуживает внимания также вывод ещё одного видного востоковеда Е. Э. Бертельса, которому казалось вполне вероятным «что в домашней обстановке многие ширваншахи говорили на грузинском языке».[102]

Несмотря на столь однозначные высказывания крупнейших востоковедов, к сожалению, в азербайджанской историографии всё ещё бытует противоположное мнение, согласно которому, Ширван с Грузией имел равноправные, союзнические отношения. В своё время в этом особенно преуспел акад. А. А. Али-заде, который в предисловии монографии В. Ф. Минорского, категорически отверг вывод крупного русского учёного-востоковеда о вассальной зависимости Ширвана от Грузии в XII в.[103] (Вассальную зависимость Ширвана от Грузии в XII веке признавал и известный знаток истории средневекового Азербайджана Е. А. Пахомов[104]) и призвал отказаться от этого взгляда.[105] За публикацией А. А. Али-заде, последовала реакция грузинских историков, которые на основании критического осмысления разного рода источников, в том числе и сведений восточных авторов убедительно доказали правильность точки зрения о вассальной зависимости Ширвана от Грузии в указанный период.[106] Несмотря на это, как видно из монографии Р. А. Гусейн-заде, в которой также полностью отрицается вассальная зависимость Ширвана от Грузии в XII в. (с. 108-117), среди наших азербайджанских коллег по сей день продолжается игнорирование доводов не только ведущих грузинских учёных, но и таких ярких авторитетов, как В. Ф. Минорский, акад. В. В. Бартольд, акад. З. М. Буниятов и др.

Однако вернёмся к теме зависимости Грузии от Сельджукского султаната в XII в.Р. А. Гусейн-заде пытается всемерно убедить читателя, что Грузия ни то, что не играла главенствующую роль в политической жизни Восточного Закавказья, в частности в отношениях с  Азербайджанскими государственными образованиями, но вообще сама «зависела от мусульманского мира, в том числе от Азербайджана, не только политически, но и экономически» (с. 120, курсив наш – З.П.). И это в XII веке, когда история не знает ни одного факта, какого-нибудь серьёзного военно-политического успеха мусульманского мира над Грузией. Наоборот, со всей категоричностью можно утверждать, что начиная с 1104 года, когда царь Грузии Давид IV Строитель нанёс сокрушительное поражение сельджукам в Эрцухском сражении и приступил к заключительному этапу изгнания сельджуков из пределов Грузии, победоносно завершившегося «Дивной победой» в Дидгорской битве в 1121 г. и освобождением Тбилиси в 1122 г., Грузия всё время выступала наступающей стороной и не давала покоя мусульманским правителям Азербайджана, в том числе и Илденизидам, могущество которых явно переоценено в монографии Р. А. Гусейн-заде.

Развивая свою мысль о гегемонии государства атабеков Азербайджана чуть ли не во всём Кавказе, Р. А. Гусейн-заде безапелляционно заявляет, что атабеки-Ильденизиды «сумели не только воспрепятствовать военно-политической активизации грузинских царей в Кавказском регионе, но и вмешивались во внутренние дела Грузинского царства и отняли у Багратидов ряд территорий. В целом, во второй половине XII века Ильденизиды положили конец военным походам грузинских царей в пределах Кавказа. Поэтому закономерно и то, что именно Ильденизиды, а не грузинские Багратиды играли заметную роль в истории Ширванского государства» (с. 118-119, курсив наш – З.П.). Единственным аргументом для обоснования подобного далеко идущего вывода учёный приводит лишь активность, проявленную Шамс ад-Дином Ильденизом «благодаря содействию», которого «ширваншах Ахситан сумел занять трон своих предков, почему и признал себя формальным вассалом иракского султана Сельджукида, то есть фактически Ильденизидов» (с. 119). Так как, какого-либо другого факта вмешательства Ильденизидов «во внутренние дела» Грузинского государства, Р. А. Гусейн-заде не приводит, то получается, что установление сюзеренитета Шамс ад-Дина Ильдениза над Ширваншахом Ахситаном, «чья мать, к тому же, была грузинского царского рода» (с. 119), автор, волей-неволей, рассматривает как вмешательство «во внутренние дела» Грузии, тем самим невольно признавая Ширван сферой влияния грузинских Багратидов.

Оставляя в стороне вопрос о зависимости Ширвана от Грузии со времён Давида Строителя, которая и в некоторых других публикациях нашего уважаемого коллеги трактуется весьма произвольно (Так например, в одной из своих ранних статей Р. А. Гусейн-заде совершенно безапелляционно пишет о том, как «азербайджанские историки пришли к заключению, что» взаимоотношения Ширвана и Грузии «были паритетными».[107] Данное утверждение подверглось справедливой критике со стороны акад. Р. В. Метревели[108]), всё говорит как раз об обратном. Как совершенно правильно указывает видающийся азербайджанский учёный, акад. З. М. Буниятов, это Грузия «пользуясь междоусобицами в государстве атабеков Азербайджана, стала вмешиваться во внутренние дела соседних государств», в первую очередь Ширвана.[109] Можно совершенно однозначно констатировать, что на протяжений всего XII столетия, только один раз – в 1163 г., – мусульманская коалиция во главе тем же Шамс ад-Дином Ильденизом сумела нанести серьёзный удар грузинским войскам ведомым царём Гиоргием III-м в местечке Гергер (Гаргар) в окрестностях Лоре,[110] в результате чего грузины на некоторое время потеряли контроль над армянским городом Двин. Никакого продвижения мусульманских вооружённых формирований вглубь собственно грузинских территорий в это время вплоть до нашествия хорезмшаха Джалал-ад Дина – в 1226 г. не было.

И это на фоне постоянного военного давления Грузии не только на спорные между Грузией и разными мусульманскими правителями армянские территории, но и собственно контролируемыми атабеками Азербайджана владений и прежде всего Гянджи. Первый серьёзный удар по амбициям правителей Гянджи Давид Строитель нанёс ещё в 1104 г., когда, как уже отмечалось выше, в знаменитой Эрцухской битве разгромил мусульманские коалиционные войска собранные самим султаном Мухаммадом. В этой битве по сообщению Историка Давида Строителя в числе павших в бою был сам атабаг Гянджи.[111] По данным некоторых арабских источников (в частности, Ибн ал-Каланиси), Давид Строитель в 1109-1110 гг. «выступил против султана Мухаммада и временно занял Гянджу».[112] Несмотря на то, что арабский автор говорит об эффектных ответных действиях султана Мухаммада, в частности, о преследовании грузинских войск и разорении их страны,[113] исследователи считают это преувеличением[114] и больше доверяют сообщению Садр ад Дина ал Хусеини, который отмечая факт вторжения грузин «в округ Ганджи», пишет всего лишь о том, что «Султан направил против них войско, которое воспрепятствовало их злу»[115]

На основании данных некоторых источников (Историк Давида Строителя, Маттеос Урхаеци, Ибн ал-Каланиси), исследователи фиксируют факт военной операции Давида Строителя в сторону Аррана накануне Дидгорской битвы.[116] Да и само Дидгорское сражение, завершившееся, как известно, разгромом коалиционных войск сельджуков, было полным провалом, прежде всего амбициозных планов правителя Гянджи Тогрула б. Мухаммада, одного из инициаторов и организаторов создания мощной антигрузинской коалиции.[117] Не исключено, что в 1123 г. Давид Строитель нанёс очередной удар Тогрулу б. Мухаммаду, напав на разрушенную сильным землетрясением Гянджу. Сообщение об этой акции грузинского царя зафиксировано у Ал-Фарики.[118] (Следует отметить, что некоторые грузинские исследователи не доверяют сообщению Ал-Фарики и полагают, что в нём речь может идти о землетрясении 1139 г. [119]).

Новый этап противостояния между Грузией и Арраном начался в 1139 г., когда «Воспользовавшись стихийным бедствием(сильным землетрясением – З.П.)и растерянностью жителей Гянджи… на город напали грузинские войска под командованием царя Деметре и спасалара Иване Мхаргрдзели, которые»,[120] подвергли город жестокому разорению.[121] «В качестве военного трофея» Деметре I «увез городские железные ворота, сделанные ешё при Ганджинском правителе шеддадиде Шавире (Имеется в виду Абу-л-Асвар Абу’л-Фадл Шавур I (1048-1067)) в 1063 г.».[122] Несмотря на то, что «наместник султана Кара-Сункур спешно прибыл с войсками, и в сражении у Гянджи грузины, будучи разбитыми, отошли от города» [123] (Следует отметить, что в некоторых источниках /в сочинении Самуила Анеци/) говорится о преследовании грузинских войск вплоть до Гачиана[124] и даже о том, как Кара-Сункур «двинулся в страну Грузию первый, а затем и второй раз и вверг их в ужас и заставил их трепетать, захватил их укрепленные места и подчинил их и вернулся оттуда дорогой через горную область Гега»[125]), царь Грузии, очевидно, всё же пользовался определённым авторитетом в регионе.

Иначе, трудно объяснить желание «начальников города» призвать «царя Грузии Деметре на помощь» чтобы защитить Гянджу от притязаний некоего эмира Эргиша (По мнению исследователей правитель Ардебиля[126]) в 1147-1146 гг., «который безо всякого указания султана вознамерился захватить … владение Ганджак ибо его дочь должна была стать женой султана. Её звали Рузуган (т.е. Русудан – З.П.), и, как плата за неё …, он отдавал им Ганджак. По этой причине царь Грузии послал армию, и Эргиш, обращенный в бегство, вернулся в персидские пределы».[127] О том, что в это время (в 40-50-х годах XII в.) Грузия полностью контролировала ситуацию вокруг Гянджа-Аррана должно быть свидетельствует сообщение Садр ад-Дин Али ал-Хусайни, согласно которому: «Атабек Ил-Дегиз (Шамс ад-Дин Ильдегиз (Илдениз), атабек Аррана 1137-1160, атабек Азербайджана 1160-1174.) решил вернуться (нач. 60-х годов XII в. – З.П.) в …Азербайджан и Арран, так как он услышал о том, что грузины прельстились [намерением] вторгнуться в страны ислама и уже ограбили Двин, захватив тех, кто там находился. И он возвратился в Азербайджан. Когда атабек прибыл в Азербайджан, то грузины послали ему письмо, в котором излагали следующее: «Нам причитается харадж с Ганджи и Байлакана, который ежегодно поступает в казну [нашего] царя. Однако вот уже несколько лет, как поступления в казну прекратились, и мы желаем, чтобы ты внёс эти деньги».[128]

То, что в это время главная угроза безопасности Гянджи-Аррана и всего Азербайджана исходила от Грузии и что именно Грузия была наступающей стороной, а никак не зависимой от сельджукидов государственным образованием не должно вызывать сомнения. Не говоря о грузинских летописях, по данным собственно арабских авторов в августе 1161 г. «грузинские войска под командованием царя Георгия III … вторглись в Азербайджан и «овладев городом Ани, что в стране Арран» … перебили здесь множество жителей.Осажденному городу хотел помочь вассал султана – владетель Хилата шах-арман Сайф ад-Дин Бек-Тимур, но он был разбит грузинами и едва избежал плена. Грузины «предали мечу такое множество неприятельского войска, что никто не мог определить его числа, но взятых в плен была 41 тыс.». После небольшого перерыва уже «30-тысячное грузинское войско «вновь вторглось в страну ислама и захватило Двин, а это – город на краю страны Азербайджан, поблизости от страны ар-Рум … Через некоторое время грузинские войска вновь вторглись в Азербайджан, захватили город Гянджу, разграбили его, взяли в плен множество жителей и угнали их, увезя также множество трофеев».[129]

Эти громкие победы, видимо усыпили бдительность грузинского царя Гиоргия III-го. Со своей стороны мусульманские правители Восточного Закавказья во главе Шамс ад-Дином Ильденизом сумели мобилизовать большие силы и, как уже отмечалось, наконец-то нанесли чувствительный удар грузинскому царю в окрестностя Лоре (Следует отметить, что «Почти все источники объясняют поражение грузинских войск предательством какого-то грузина, который перебежал к Ил-Денизу и рассказал о расположении грузинских войск»[130]). Однако, грузины быстро опомнились и уже в апреле 1164 г. «снова совершили налет на город Ани и опустошили его», хотя «подоспевший атабек Ил-Дениз изгнал их из города…».[131] Чуть позже, в 1166 г. «большое грузинское войско вторглось в Азербайджан и достигло Гянджи, где учинило разбой и грабежи».[132] В январе 1174 г. грузины вновь выступили в сторону Ганджи-Аррана. Войска атабека в окрестностях Нахичевана попытались дать бой грузинам и, несмотря на разразившийся чумы, все же сумели остановить их и продолжив «поход против царя абхазов… возвратились в Нахичеван».[133]

В октябре 1174 г. «грузинские войска в течение нескольких дней осаждали Ани и, захватив город, разграбили его и назначили здесь своего наместника. Атабек Ил-Дениз бросил свои войска на помощь владетелю Ани Шаханшаху, но после «великого сражения» был разбит грузинами. Через некоторое время Ил-Дениз, собрав новые силы, вновь выступил против грузин. Противники сошлись на равнине близ Двина, однако сражение не состоялось, и Ил-Дениз отвёл войска в Нахичеван».[134] Вроде бы небольшого реванша добился Ил-Дениз в августе 1175 года, когда объединённые войска мусульманских правителей застали врасплох Гиоргия III-го, охотившегося «с небольшим отрядом … среди гор Лори и Дманиси»,[135] однако, нельзя сказать, что после этого в противоборстве царя Грузии с атабеком Азербайджана инициатива перешла к последнему. Наоборот, как показали события 90-х годов XII в. – победоносная Шамхорская битва и последующие баталии[136] – позиции грузинского государства в Арранском направлении были весьма прочными.

Более того, в конце XII и начале XIII вв., налицо ещё большее наращивание могущества грузинского государства и дальнейшее расширение его влияния в восточном Закавказье. Неслучайно, что вскоре после разгрома в Шамхорской битве и последующих событий фактически начался закат могущества государства Ил-Денизидов, а его лидер «был поглощён попойками и увеселениями». В 1204-1206 гг. грузины дважды вторгались в пределы Азербайджана «…в округ Хилата и Арджиша».[137]

В 1210-1211 «грузинские войска осуществили один из самых крупных походов на территорию Азербайджана. Вначале они напали на Нахичеван, но не смогли его взять, повернули к Джульфе и по Дарадюзскому ущелью вышли к Маранду. Учинив погром в Маранде, они осадили Табриз. …Войска грузин «разгромили волости … Табриза и увели столько людей в плен, что их числа, кроме Аллаха, никто не знает. Они угнали весь скот страны». Из Табриза часть грузинских войск направилась на Миане. Правитель города, не желая искушать судьбу, последовал примеру табризцев и откупился от грузин «золотом, серебром и драгоценными камнями. И набравши всякого богатства, грузины ушли с миром, покинув Миане… Далее эта группа грузинских войск направилась «к маленькому городу Зангану (Занджан). … Войска вошли в город… Разгромив Занджан, грузины осадили Казвин и Абсар. Оба города оказали слабое сопротивление и также «подверглись разгрому, причем грузины захватили много добра … Людям не вредили, только забирали в плен мужчин и мальчиков. Отправившись дальше, они нагнали беженцев и тут захватили много золота, серебра и женских украшений… Другая колонна грузинских войск из Табриза направилась на Ардабил. По пути они осадили город Учан, но учанцы откупились «бессчетными подарками. Затем грузины окружили также Ардабил. На заре грузинская конница «ворвалась в город и без боя овладела им», взяв в плен правителя города и его семью. Завладев «неисчислимыми богатствами города, жемчугами и драгоценными камнями, золотом, серебряными и золотыми сосудами, одеждой, коврами и всяким добром столь богатого города в таком изобилии, что даже рассказать трудно, грузины отбили у них (ардабильцев) много коней, мулов, верблюдов, которых навьючили забранным добром». Они перебили 12 тыс. жителей города, искавших спасения. …На обратном пути грузинские войска «завладели большинством крепостей и обложили данью Нахичеван и Байлакан. Овладев (областью) Двин и его крепостями, (снова) они напали на Маранд и, захватив его силой, перебили мужчин и угнали в плен женщин».[138]

В результате этих военно-политических акции «владетель Азербайджана и номинальный правитель Персидского Ирака атабек Абу Бакр» был доведён до полного отчаяния. Дело дошло до того, что Абу Бакр, который, по словам Садр ад-Дина Али ал-Хусайни … «предавался разврату, беспробудно пьянствуя в обществе гулямов …, приказал хаджибам и эмирам ничего не сообщать о действиях грузин. Грузины же, видя, что никто не собирается оказывать им сопротивление, ещё больше осмелели, растеклись по стране и осаждали крепости до тех пор, пока полностью не овладели страной Арран. Никто из муслимов не защищался, за исключением Гянджи и ее округов и крепостей»[139] Известно, что именно в таком подавленном состоянии умер атабек Абу Бакр в 1211 г.[140] Подытоживая его двадцатилетнее правление, акад. З. М. Буниатов отмечает: «Абу Бакр не располагал достаточными силами для борьбы с Грузинским царством, к тому же ему постоянно приходилось опасаться своих восточных соседей и мятежных вассалов»,[141] из чего следует, что он в целом, безусловно, проиграл противоборство с Грузией.

Вот общая картина противостояния грузинского государства с восточно-мусульманским миром и расстановки сил в Восточном Закавказье на протяжении почти всего XII и начала XIII вв. Чтобы не было кривотолков, мы специально изложили весь этот материал по фундаментальной монографии акад. З. М. Буниатова, который по нашему глубокому убеждению сводит на нет всякие попытки недооценки ведущей роли Грузинского царства в политической жизни региона в этот период и однозначно показывает всю нелепость и необоснованность утверждения о вассальной зависимости Грузии от Сельджукской империи, тем более в виде Азербайджанского государства атабеков.

Таковы наши некоторые соображения вокруг монографии Р. А. Гусейн-заде. Конечно, мы далеки от мысли, что автор безоговорочно признает правильность всех высказанных нами замечаний, но если даже впредь удастся устранить, хотя бы отдельные погрешности, мы посчитаем нашу задачу выполненной.

 

 

 

 

П р и м е ч а н и я


[1] Эльдар М. Исмаилов. От научного редактора. – В кн.: Рауф А. Гусейн-заде. Кавказ и сельджуки. Баку, «Кавказ», 2010, с. 7.

[2] М. Д. Лордкипанидзе. Возникновение новых феодальных государств. – Очерки истории Грузии, т. II. Тб., 1988, с. 271. Об этом подробно см.: Н. А. Бердзенишвили. Из прошлого Восточной Кахети. – Вопросы истории Грузии, т. III. Тб., 1966, с. 253 (на груз. яз.); Д. Л. Мусхелишвили. Уджарма. Тб., 1966, с. 85, 106-108 (на груз. яз.); Д. Л. Мусхелишвили. Вопросы политической географии Кахети и Эрети. – Сборник исторической географии Грузии /СИГГ/, III, 1967, с. 123 (на груз. яз.); Д. Л. Мусхелишвили. Из исторической географии Восточной Грузии. Шаки и Гогарена. Тб. 1982, с. 37-38; Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети. Тб., 1970, с. 184-185 (на груз. яз.).О самом термине «Эрети» см.: Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории, с. 105-114.

[3] Д. Л. Мусхелишвили. Основные вопросы исторической географии Грузии. Тб., 1977, с. 214 (на груз. яз.). Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 41-44, 136-149; М. Д. Лордкипанидзе. Картли во второй половине V века. Тбилиси, 1979, с. 48 (на груз. яз.); Н. С. Джанашиа. Картли во второй половине V в. Вахтанг Горгасал. – Очерки истории Грузии, т. II. Тб., 1988, с. 69. Об этнической принадлежности эров см.: Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 82-93.

[4] М. Д. Лордкипанидзе. Возникновение новых феодальных государств, с. 274.

[5]  См.: Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 179-187.

[6] Вахушти Багратиони. История царства грузинской. Перевод, предисловие, словарь и указатель Н.Т. Накашидзе. Тб., 1976, с. 128; Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 200-203.

[7] А. Ю. Казарян. Албания Кавказская. – Православная Энциклопедия. Т. I. М., 2000, с. 457 (электр. версия:  http://www.pravenc.ru/text/Албания Кавказская.html). курсив наш – З.П.

[8] Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 41-45; 137-148.

[9] М. Д. Лордкипанидзе. Возникновение новых феодальных государств, с. 278.

[10] Н. Я. Марр. Аркаун, монгольское название христиан, в связи с вопросом об армянах-халкидонитах. – Византийский временник, XII. СПб, 1906, с. 6-7; Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 79 (курсив наш – З.П.) О грузино-армянском церковном противостоянии в Эрети подробно см.: Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 156-170.

[11] Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа. Издание текста, перевод, введение, приммечания и приложения З. М. Буниятова. М., 1980, с. 54, курсив наш – З.П.

[12] Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа. Издание текста, перевод, с. 54, примеч. 3 (http://www.vostlit.info/Texts/rus/Selguk/prims3.phtml), курсив наш – З.П.

[13] З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 171-177; 3. В. Анчабадзе, Г. А. Дзидзария. Дружба извечная, нерушимая. Сухуми, 1972, с. 23; 3. В. Анчабадзе. Очерк этнической историй абхазского народа. Сухуми, 1976, с. 54-55; З. В. Папаскири. Территория Абхазии в XI-XV вв. – Разыскания по истории Абхазии/Грузия.Издат.«Мецниереба». Тб., 1999, с. 182-184 (эту же публикацию см эту же публикацию см. в кн.: З. Папаскири. И восстала Грузия от Никопсии до Дарубанда. Тб., 2009, с. 75-81, электр. версия:

http://sites.google.com/site/zpapaskiri/publications-russian); З. В. Папаскири. Абхазия. История без фальсификации. Издание второе, исправленное и дополненное. Тб., 2010, с. 60-63 (электр. версия:

http://sites.google.com/site/zpapaskiri/publications-russian).

[14] Иован Сабанис-дзе. Мученичество Або Тбилели. – Памятники древнегрузинской агиографической литературы. Под ред. И. В. Абуладзе. Т. I. Тб., 1963, 59-60 (на груз. яз).

[15] Об этом подробно см.: З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии. Сухуми, 1959, с. 95-158; См. Абхазская Автономная Социалистическая Советская Республика. Исторический очерк. – Грузинская Советская Энциклопедия, т. Грузинская ССР. Тб., 1981, c. 324 (автор: З. В. Анчабадзе); М. Д. Лордкипанидзе. Возникновение новых феодальных государств.., с. 280-303; З. В. Папаскири. «Абхазское» царство – грузинское государство. – Исторические разыскания. Ежегодник научных трудов Абхазской организацииВсегрузинского исторического общества им. Еквтимэ Такаишвили. VIII-IX. Тб., 2006, с. 68-106 (электр. версия:

https://sites.google.com/site/saistoriodziebani/dziebani2005-2006); З. В. Папаскири. Абхазия. История без фальсификации, с. 26-51.

[16] З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, 1959, с. 175; 3. В. Анчабадзе, Г. А. Дзидзария. Дружба извечная, нерушимая, с. 23; 3. В. Анчабадзе. Очерк этнической историй абхазского народа, с. 54-55; З. В. Папаскири. Территория Абхазии в XI-XV вв.., с. 199-200; З. В. Папаскири. Абхазия. История без фальсификации, с. 52-53.

[17] Об этом подробно см.: З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии. Сухуми, с. 95-158; З. В. Папаскири. Территория Абхазии в XI-XV вв., с. 199-200; эту же публикацию см. в кн.: З. Папаскири. И восстала Грузия от Никопсии до Дарубанда, с. 65-66; З. В. Папаскири. «Абхазское» царство – грузинское государство, с. 68-106; З. В. Папаскири. Абхазия. История без фальсификации, с. 26-51.

[18] См.: Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа. Издание текста.., с. 190, курсив наш – З.П.

[19] И. А. Джавахишвили. История грузинского народа. Кн. II. – Сочинения в 12-томах, т. II. Тб., 1983, с. 130-131 (на груз. яз.); М. Д. Лордкипанидзе. Внутри и внешнеполитическое положение Грузии с 80-х годов Х до 80-х годов XI в. – Очерки истории Грузии, т. III. Тб., 1979, с. 159 (на груз. яз.); В. Гучуа. Баграт III. – Грузинская советская энциклопедия, т. II. Тб., 1977, с. 128 (на груз. яз.); История Грузии. Словарь. Составитель Метревели Р. В. Тб., 1979, с. 106 (на груз. яз.).

[20] Корпус грузинских надписей, т. I. Составил Н. Шошиашвили. Тб., 1981, с. 56; Корпус грузинских надписей, т. II. Составил В. Силогава. Тб., 1980, с. 52-53 (на груз. яз.); М. Д. Лордкипанидзе. Возникновение новых феодальных государств.., с. 338-339.

[21] З. В. Папаскири. Возникновение единого грузинского феодального государства и некоторые вопросы внешнеполитического положения Грузии. Тб., 1990, с. 75-82 (на груз. яз); З. В. Папаскири. От Давида до Давида. Из истории международных отношений Грузии. 70-е годы X – 80-е годы XI вв. Тб., 2001, с. 36-37 (электрон. версию см.: https://sites.google.com/site/zpapaskiri/publications-russian).

[22] В. Г. Силагадзе. Сведения Яхьи Антиохийского о взаимоотношениях Грузии и Византии в последней четверти Х и первой четверти XI вв. – Грузинское источниковедение, VI. Тб., 1985, с. 116-118 (на груз. яз.); Г. Джапаридзе. Арабские названия грузин и Грузии. – В кн.: Иностранная и грузинская терминология, обозначающая понятия «Грузия» и «грузины». Тб., 1993, с. 132 (на груз. яз.).

[23] Г. Джапаридзе. Арабские названия.., с. 134.

[24] Н. Н. Шенгелия. Садр ад-дин Хусейни о походе Алп-Арслана в Грузию и страны Закавказья. – «Разыскания по истории Грузии и Кавказа». Тбилиси, 1976, с. 192-193 (на груз. яз.); Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста, перевод.., с. 54; Г. Джапаридзе. Арабские названия.., с. 132.

[25] В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда. М., 1963, с. 222-223.

[26] Ан-Насави. Жизнеописание султана Джалал ад-Дина Манкбурны. Перевод, предисловие, комментарии, примечания и указатели З. М. Буниятова. Баку, 1973, с. 160; Г. Джапаридзе. Арабские названия.., с. 132.

[27] Сведения Якута о Грузии и Кавказе. Арабский текст с грузинским переводом и предисловием изд. Э. Сихарулидзе. Вып. 1. Тб., 1964, с. 1; Г. Джапаридзе. Арабские названия .., с. 132.

[28] В. Г. Силагадзе. К уточнению одного места сочинения Ибн ал-Асира «Тарих ал-Камил» (арабский текст с грузинским переводом). – Грузинское источниковедение,III. Тб., 1971, с. 68 (на груз. яз.); Г. Джапаридзе. Арабские названия грузин и Грузии, с. 133.

[29] Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста, перевод.., с. 184. Об этом подробно см.: Г. Джапаридзе. Липарит Багваши в дипломатических отношениях между Византией и тюрками-сельджуками. – Грузинская дипломатия. Ежегодник, т. 5. Тб., 1998, с. 318-319 (на груз. яз.).

[30] Г. Джапаридзе. Арабские названия грузин и Грузии, с. 133.

[31] Т. Берадзе. Материалы к истории Грузии XII в. в сочинении Ибн-Испандиара. – Восточные материалы истории Грузии. Тб., 1976 , с. 70 (на груз. яз.).

[32] А. И. Болдырев. Два ширванских поэта – Низами и Хакани. – Памятники эпохи Руставели. Л., 1938, с. 137.

[33] З. М. Буниятов. Грузия и Ширван в I половине XII века. – Грузия в эпоху Руставели. Тб., 1966, с. 289.

[34] А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Пути развития феодализма. М., 1972, с. 37. См. также: H. W. Duda. Die Seltschukengeschichte des Ibn Bibi. Munksgard-Kopenhagen, 1859, с. 33.

[35] См.: З. В. Папаскири. Территория Абхазии в XI-XV вв., с. 182-184; З. Папаскири. И восстала Грузия от Никопсии до Дарубанда, с. 75-81; З. В. Папаскири. Абхазия. История без фальсификации, с. 60-63.

[36] Николай Мистик. Георгика. Сведения византийских писателей о Грузии. Греческий текст с грузинским переводом издал и примечаниями снабдил С. Г. Каухчишвили. т. IV, ч. II. Тб., 1952, с. 214; Ю. Кулаковский. Христианство у алан. – Христианский Восток, т. V, 1899, с. 4; З. В. Анчабадзе Из истории средневековой Абхазии, c. 128.

[37] Георгий Кедрин. Хронография. – Георгика. Греческие тексты с грузинским переводом издал и примечаниями снабдил С. Г. Каухчишвили. Т.V. Тб., 1963, с. 82.

[38] Ф. И. Успенский. История Византийской империи, т. 4, гл. III. http://rikonti-khalsivar.narod.ru/Usp4.3.htm (курсив наш – З.П.).

[39] О Равадидском эмирате подробно см.: П. А. Топурия. Государственные образования Восточного Закавказья в XI-XII вв. Тб., 1975, с. 32-52 (на груз. яз.).

[40] О культурно-политическом влиянии Грузии на Северном Кавказе подробно см.: З. В. Папаскири. У истоков грузино-русских политических взаимоотношений. Тб., 1982, с. 47-78, 100-102; В. Б. Виноградов. О реальности грузинского влияния на Северо-Западном Кавказе в X-XIII вв. – Мацне (Вестник, АН Груз. ССР, серия истории..,), №2, 1988, c. 162-169.

[41] И. А. Джавахишвили. Новооткрытый список «Картлис цховреба» и сочинение второго, до сих пор неизвестного историка царицы Тамар. – Сочинения в 12-томах, т. VIII. Тб., 1977, с. 389-390 (на груз. яз.). Эту точку зрения поддержали и другие исследователи «Картлис цховреба» (см.: В. Д. Дондуа. Басили, историк царицы Тамар. –Памятники эпохи Руставели. М.-Л., 1938; С. Г. Каухчишвили. Введение. – В кн.: Картлис цховреба. Грузинский текст подготовил по всем основным рукописям проф. С. Г. Каухчишвили, т. II. Тб., 1959.

[42] Об этом подробно см.: М. М. Бердзенишвили. Второй историк царицы Тамар и его сочинение «Жизнь царицы цариц Тамар». – В кн.:Жизнь царицы цариц Тамар. Перевод и введение В. Д. Дондуа. Исследование и примечания М. М. Бердзенишвили. Тб., 1985 (http://www.nplg.gov.ge/dlibrary/collect/0001/000037/jizn_carici_Tamar.pdf).

[43] Н. А. Бердзенишвили. Об историческом значении присоединения Грузии к России. – Вопросы истории Грузии, т V. Тб., 1971, с. 158-159 (на груз. яз.); Об этом подробно см.: Ш. А. Месхия. Дидгорская битва. Тб., 1974, с. 54-56.

[44] Histoire de la Géorgie. Depuis l’Antiquité jusqu’au XIXe siècle. Par M. Brosset. 1re partie. S.-Pétersbourg, 1849, c. 328.

[45] Матиане Картлиса.Картлис цховреба. Грузинский текст подготовил по всем основным рукописям проф. С. Г. Каухчишвили. Т. I. Тб., 1955, с. 307; Летопись Картли. Перевод, введение и примечания Г. В. Цулая. Тб., 1982, с. 73.

[46] МатианеКартлиса. Перевод, введение и примечания М. Д. Лордкипанидзе. Тб., 1976; Летопись Картли. введение и примечания Г. В. Цулая…).

[47] Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста.., с. 50, курсив наш – З.П.

[48] Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста, перевод.., с. 48.

[49] Р. А. Гусейн-заде. Кавказ и сельджуки, с. 166.

[50] Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста, перевод.., с. 190.

[51] Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста, перевод.., с. 190.

[52] Садр ад-дин Али ал-Хусейни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукиййа. Издание текста, перевод.., с. 190; Н. Н. Шенгелия. Садр ад-Дин Хусеини о походе Алп-Арслана.., с. 226 (на груз. яз.).

[53] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I.., с. 307; Летопись Картли, с. 72.

[54] См.: Н. Н. Шенгелия. Сельджуки и Грузия в XI веке. Тб., 1968, с. 226 (на груз. яз.).

[55] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I.., с. 307-308; Летопись Картли, с. 72-73.

[56] Т. Г. Папуашвили. Царства Ранов и Кахов (VIII-XI вв.). Тб., 1982, с. 247 (на груз. яз.).

[57] Ш. А. Месхия. Городская коммуна в средневековом Тбилиси. – Избранные сочинения, т. I. Тб., 1982,с. 241-242 (на груз. яз.).

[58] Р. К. Кикнадзе. Из истории Тбилиси XI-XIII вв. По данным восточных источников. – Труды Института Истории, V, ч. I. Тб., 1960, с. 115 (на груз. яз.).

[59] Н. Н. Шенгелия. Сельджуки и Грузия в XI веке, с. 237.

[60] Н. Н. Шенгелия. Садр ад-Дин Хусеини.., с. 192.

[61] Н. Н. Шенгелия. Сельджуки и Грузия.., с. 390.

[62] Об этом подробно см.: З. В. Папаскири. От Давида до Давида. с. 88-90.

[63] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I., с. 309; Летопись Картли. Перевод.., с. 73.

[64] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I., с. 309-310; Летопись Картли. Перевод.., с. 74.

[65] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I., с. 309-310; Летопись Картли. Перевод.., с. 74. курсив наш – З.П.

[66] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I., с. 313; Летопись Картли. Перевод.., с. 75.

[67] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I., с. 313; Летопись Картли. Перевод.., с. 76.

[68] Об этом см. также: З. В. Папаскири. От Давида до Давида. с. 95-96.

[69] Матиане Картлиса. – Картлис цховреба. т. I., с. 313-314; Летопись Картли. Перевод.., с. 47.

[70] Об этом подробно см.: З. В. Папаскири.Средневековая Грузия на международной арене. Внешнеполитическое положение Грузии в 60-80-х годах XI века. Тб., 1991, с. 20-24 (на груз. яз.); З. В. Папаскири. От Давида до Давида.., с. 92-95. См также: З. Папаскири. Манцикертское сражение и некоторые аспекты грузино-сельджукских взаимоотношений в начале 70-х годов XI века. – UluslarArası BüyükSelçukluSempozyumu. 26–30 Eylül 2010, Erciyes Üniversitesi.Kayseri, 2010, Тезисы докладов; Z. Papaskiri. Malazgirt Muharebesi 11. Yüzyılın 70’li yıllarında Selçuklu-Gürcü İlişkileri – Uluslar Arası Büyük Selçuklu Sempozyumu. 26–30 Eylül 2010, Erciyes Üniversitesi.Kayseri, 2010.

[71] А. С. Мохов. Византийская армия в правление Романа IV Диогена, с. 277, курсив наш – З.П).

[72] J.-Cl. Cheynet. Des traces de dictature a l’epoque meso-byzantin. – Actes de la Table Roude reunie. Paris, 27-28 sept. 1984. P., 1988. P. 110; А. С. Мохов. Византийская армия в правление Романа IV Диогена, с. 227

[73] А. С. Мохов. Византийская армия в правление Романа IV Диогена, с. 277.

[74] А. С. Мохов. Византийская армия в правление Романа IV Диогена, с. 278, курсив наш – З.П.

[75] А. С. Мохов. Византийская армия в правление Романа IV Диогена, с. 293.

[76] Об этом подробно см.: З. В. Папаскири. Возникновение единого грузинского феодального…, с. 27-37.

[77] З. В. Папаскири. Возникновение единого Грузинского феодального государства…, с. 117-118, 121-123, там же соответствующая литература.

[78] об этом см.: А. С. Мохов. Византийская армия в правление Романа IV Диогена.., с. 294, курсив наш – З.П.

[79] Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа, с. 194.

[80] См.: Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа, с. 57

[81] См.: Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа, с. 194.

[82] З. В. Анчабадзе. Кипчаки Северного Кавказа по данным грузинских летописей XI-XIV веков. – Материалы научной сессии по проблеме происхождения балкарского и карачаевского народов. Нальчик, 1960, с. 115-116.

[83] Т. М. Минаева. К вопросу о половцах на Ставрополье по археологическим данным. – Материалы по изучению Ставропольского края, вып. 11. Ставрополь, 1964, с. 167-196.

[84] Леонти Мровели. Жизнь картлийских царей. – Картлис цховреба. Грузинский текст подготовил по всем основным рукописям проф. С. Г. Каухчишвили. Т. I. Тб., 1955, с. 17; Леонтий Мровели. Жизнь Картлийских царей. Извлечения об абхазах, народах Северного Кавказа и Дагестана. Перевод с Древнегрузинского, предисловие и комментарии Г. В. Цулая, М., 1979, с. 29 (http://www.vostlit.info/Texts/rus8/Mroveli/text.phtml?id=959).

[85] Джуаншер Джуаншериани. Жизнь Вахтанга Горгасала. – Картлис цховреба. Грузинский текст подготовил по всем основным рукописям проф. С. Г. Каухчишвили. Т. I. Тб., 1955, с. 156.

[86] З. В. Анчабадзе. Кипчаки Северного Кавказа по данным грузинских летописей XI-XIV веков, с. 115-116.

[87] Об этом см.: Г. А. Гейбулаев. О кипчакских этнонимах в Азербайджане. – Доклады АН Азербайджанской ССР, т. XXXII, №4, 1976, с. 84 (на азербайджанском яз., резюме на русском и английском яз.).

[88] С. А. Плетнева. Половцы. М., 1990, с. 95-96 (электрон. версию см.: http://annals.xlegio.ru/step/pletneva/index.htm); З. В. Папаскири. У истоков грузино-русских политических взаимоотношений, с. 80-82, 84-93, 100-102.

[89] С. Ашурбейли. Государство Ширваншахов (VI-XVI вв.). Баку, 1983, с. 126. Об этом см. также: 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана. 1136-1225 годы. Баку, 1978, с. 148-149-150.

[90] 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 148-149-150, курсив наш – З.П.

[91] Историк Давида Строителя. Жизнь царя царей Давида. – Картлис цховреба. Грузинский текст подготовил по всем основным рукописям проф. С. Г. Каухчишвили. Т. I. Тб., 1955, с. 321; Историк Давида Строителя. Жизнь царя царей Давида. Перевод М. А. Шанидзе.–  Картлис цховреба (История Грузии).Под редакцией академика Роина Метревели. Издателсьский дом «EastWest». Баку, 2012, с. 182. Об этом подробно см.: Ш. А. Месхия. Дидгорская битва, с. 24-25; Н. Н. Шенгелия. Сельджуки и Грузия в XIвеке. Тб., 1968, с. 310-317; (на груз. яз.); М. Д. Лордкипанидзе. Внутри и внешнеполитическое положение.., с. 208; М. Д. Лордкипанидзе. Из истории грузино-византийских взаимоотношений на грани Х-ХI вв., – Вопросы истории Грузии феодальной эпохи, II. Тб., 1979, с. 94-95; Р. В. Метревели. Давид Строитель. Тб., 1990, с. 64-70 (на груз. яз.); З. В. Папаскири.Средневековая Грузия на международной арене. Внешнеполитическое положение Грузии в 60-80-х годах XI века. Тб., 1991, с. 43-49 (на груз. яз.); З. В. Папаскири. От Давида до Давида.., с. 106-109.

[92] Историк Давида Строителя. Жизнь царя царей Давида. – Картлис цховреба. Грузинский текст.., с. 325-326.

[93] Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа.., с. 161.

[94] История и восхваление венценосцев. Картлис цховреба. Грузинский текст подготовил по всем основным рукописям С. Г. Каухчишвили, т. II. Тб., 1959, с. 62-78;История и восхваление венценосцев. Грузинский текст перевёл, предисловием и примечаниями снабдил К. С. Кекелидзе. Тб., 1954, с. 56-66.

[95] Об этом подробно см.: Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа, с. 157-161; З. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана. 1136-1225 годы. Баку, 1978,с. 96-100;

[96] З. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана. с. 161. Об этом см. также: З. М. Буниятов. Некоторые сведения Садр ад-Дина ал-Хусайни о Грузии. – Мацне (Вестник, АН Груз. ССР, серия истории..,) № 1, 1971.

[97] 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 159; Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века (XII век). Тб., 1995, с. 33, курсив наш – З.П.

[98] В. В. Бартолъд. Место прикаспийских областей в истории мусульманского мира. – Сочинения в 9-ти томах. Т. II, ч. I. М., 1963, с. 692; Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века.., с. 31; Р. В. Метревели. Дипломатия Давида Строителя на Кавказе. – Научная мысль Кавказа. №4. Ростов-на-Дону, 1996, с. 62, курсив наш – З.П..

[99] В. В. Бартолъд. Ширваншах. – Сочинения в 9-ти томах. Т. II, ч. I. М., 1963, с. 877; Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века.., с. 31-32; Р. В. Метревели. Дипломатия Давида Строителя на Кавказе, с. 62, курсив наш – З.П.).

[100] В. В. Бартолъд. Ширваншах., с. 877, курсив наш – З.П..

[101] Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века.., с. 49.

[102] Е. Э Бертельс. Избранные труды. Том 2. Низами и Фузули. М., 1962, с. 35; Н. Ш. Асатиани. Политические отношения Грузии с Ширваном.., с. 8, курсив наш – З.П..

[103] В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербента X- XI веков. М., 1968, с. 176-180.

[104] Е. А. Пахомов. Краткий курс истории Азербайджана с приложением экскурса по истории ширваншахов в XI-XII вв. Баку, 1923, с. 33-36, 47.

[105] А. А. Али-заде. От ответственного редактора. – В кн.: В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербента X-XI веков. М., 1963, с. 8-12. См. также: А. А. Али-заде. Социально-экономическая и политическая история Азербайджана XIII-XIV вв., Баку, 1966, с. 357 и др. А. А. Али-заде. К вопросу об освещении ширвано-грузинских отношений в XI-XII веках. Статья первая. – Известия АН Азербайджанской ССР. Серия истории, философии и права, №4, 1977, с. 73-85.

[106] Об этом подробно см.: Ш. А. Месхия. Дидгорская битва, с. 107; Н. Ш. Асатиани. Политические отношения Грузии с Ширваном в XII веке. Статья первая. – Вопросы истории Грузии XII века. Труды ТГУ, т. 125. Тб., 1968, с. 8-16, (на груз. яз.); Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века.., с. 31-33; R. Metreveli. Foreign Policy of Georgia in the middle Ages. 12th Century. Tbilisi, 1997, c. 31-33.

[107] Р. А. Гусейнов. Историография истории Закавказья в XI-XII вв. – Тюркологический сборник. М., 1976, с. 34.

[108] Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века.., с. 32-33.

[109] 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 159; Р. В. Метревели. Некоторые вопросы внешней политики Грузии в средние века.., с. 32-33, курсив наш – З.П.

[110] Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир в XII – первой трети XIII в. Тб., 1995, с. 108 (на груз. яз.).

[111] Историк Давида Строителя. Жизнь царя царей Давида. – Картлис цховреба. Грузинский текст.., с. 328; Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 25.

[112] М. М. Альтман. Исторический очерк города Ганджи, ч. 1. Баку, 1949, с. 32-33. Об этом см. также: Н. Ш. Асатиани. Политические отношения Грузии с Ширваном в XII веке, с. 25; Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 27.

[113] Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 29. Об этом подробно см.: Г. И. Джапаридзе. Из истории внешней политики Давида Строителя. Поход на Гянджу в 1110г.Мацне (Вестник). Серия истории, археологии, этнографии и истории искусства, №4, 1992, с. 84-89 (на груз. яз.).

[114] Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 29-30.

[115] Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа. Издание текста.., с. 83.

[116] Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 39-40.

[117] Об этом подробно см.: Ш. А. Месхия. Дидгорская битва. – Избранные сочинения, т. III, Тб., 1986, с. 84-85 (на груз. яз.); Ш. А. Месхия. Дидгорская битва, с. 72-78; Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный.., с. 41-42.

[118] См.: V. Minorsky. Caucasica in the History of Mayyafariqin. – Bulletin of the School of Oriental and African Studies. 13, №1, London, 1949, с. 34). Об этом подробно см.: История Азербайджана, т. I, Баку, 1958, с. 142; Дж. К. Степнадзе. Политические взаимоотношения Грузии с народами Кавказа в XII в. Тб., 1974, 87, 90 (на груз. яз.).

[119] Н. Ш. Асатиани. Политические отношения Грузии с Ширваном в XII веке, с. 41; Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 53-54.

[120] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 192-193(электронн. версия: http://www.elibrary.az/docs/ atabeki.pdf).

[121] Мхитар Гош. Албанская хроника. Предисловие, перевод и коментарии З. М. Буниятова. Баку., 1960, с. 13 (электронн. версия: http://www.vostlit.info/Texts/rus16/Mchitar_Gosch/frametext.htm); 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 192-193.

[122] М. М. Альтман. Исторический очерк города Ганджи, с. 33-35. Об этом см. также: Киракос Гандзакеци. История Армении. Перевод с древнеармянского, предисловие и комментарий Л. А. Ханларян. М., 1976, с. 96; 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 192-193.

[123] 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 192-193.

[124] Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 94.

[125] Мхитар Гош. Албанская хроника. Предисловие, перевод.., с. 13-14.

[126] См.: Мхитар Гош. Албанская хроника. Предисловие,… с. 16, примеч. 78; Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 95.

[127] Мхитар Гош. Албанская хроника. Предисловие, перевод, с. 16, курсив наш – З.П.

[128] Садр ад-Дин Али ал-Хусайни. Ахбар ад-даулат ас-сельджукийа. Издание текста.., с. 137, курсив наш – З.П.

[129] 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 53-54, курсив наш – З.П. Об этих событиях подробно см.: Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 99-107.

[130] Об этом сражении подробно см.: 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 54-59; Г. И. Джапаридзе. Грузия и ближневосточный мусульманский мир.., с. 107-109.

[131] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 58-59.

[132] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 58-59.

[133] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 59-60.

[134] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 60-61.

[135] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 60-61.

[136] Подробно см.: 3. М. Буниятов. Государство атабеков Азербайджана.., с. 95-100.

[137] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 102-103.

[138] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 103-104, курсив наш – З.П.

[139] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 106-107, курсив наш – З.П.

[140] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 108-109.

[141] 3. М. Буниятов. Государство атабеков.., с. 108-109.

 

 

Опубликовано: Кавказ и мир. Международный научный журнал, №14. Тб., 2012, с. 60-83.

 

 

                                     

კომენტარის დატოვება

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / შეცვლა )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / შეცვლა )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / შეცვლა )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / შეცვლა )

Connecting to %s

 
%d bloggers like this: